Перейти к содержимому


Российские новогодние фильмы — снова рекорд

Почти шесть миллиардов рублей оставили россияне в кассах кинотеатров в минувшие новогодние каникулы. Это на 1,3 миллиарда больше, чем в прошлые январские праздники. То есть, впору говорить о тенденции — успех российского кино после 2020 года меряется исключительно десятизначными цифрами. И это вопреки тому, что пару лет назад прогнозы критиков для киноиндустрии были совсем неутешительными — после затяжного карантина зрители, казалось, в кинозалы не вернутся. Но случилось чудо.

Аглая Тарасова и Милош Бикович на съемках фильма "Холоп 2"

Случайно ли? Судя по списку самых успешных фильмов прошедшего года, нашу киноиндустрию вытянули прежде всего сказки (при всей условности, сюда можно включить и «Вызов», космическую сказку-быль) под незабытые мелодии эпохи ламповых ТВ. И правы оказались критики, которые отметили: да, Чебурашка и Емеля, и богатыри, и даже космонавты сняты и раскручены «по-голливудски», по канонам мировой киноиндустрии, — но именно они и помогли создателям российских лент завоевать кинозрителей своими, нашими «супергероями». И уже привычно после новогодних штормов подсчитывать рекордную прибыль.

Наши Чебурашка и Емеля сняты и раскручены «по-голливудски»

Безусловным лидером нынешней зимы стала вторая часть «Холопа». Формально — не сказка, но сюжет, в котором для преображения герою надо пройти несколько кругов ада (так о происходящем в фильме говорит режиссер Клим Шипенко), — совершенно фольклорный. К тому же «Холоп 2» — это же «Золушка» наоборот: героиня-мажорка превращается в «тыкву». Плюс сказочные путешествия во времени — и коммерческий хэппи-энд неизбежен. Что еще в коктейле успеха? Заблаговременная рекламная компания, любимые шлягеры советских времен, добротный юмор и, конечно, блестящий актерский состав. Милош Бикович, Иван Охлобыстин, Александр Самойленко и Мария Миронова дружно перешли из первой части во вторую, только исполнительница главной женской партии на сей раз новая — красотка и умница Аглая Тарасова.

Аглая Тарасова на съемках фильма "Холоп 2"
Аглая Тарасова на съемках фильма «Холоп 2»

Режиссер Шипенко признается: продолжений раньше не снимал, работать было тяжело, но всей командой постарались, «чтобы получилось лучше первой части». Псковские деревни дополнили «золушкиными дворцами» — в фильме аж пять московских и петербургских дворцов с роскошными залами, пышными балами, французами и Павлом Деревянко в роли Наполеона. Так романтично, что полученная касса — два миллиарда и почти уже 700 миллионов рублей — похоже, не предел. Официально картина на экранах до 17 января, но кинотеатры обещают продолжать прокат, «пока не спадет интерес». Двенадцать на часах «Холопа 2» пробьет еще не скоро.

Мария Миронова, "Холоп 2"

Еще один лидер новогоднего проката — семейный музыкальный фильм «Бременские музыканты». Сборы превысили два миллиарда. Первый миллиард сорвали за четыре дня проката — феноменально. В чем секрет? Все то же сочетание — сказочный сюжет, советские мелодии и голливудские подходы. Авторы с самого начала не скрывали — за основу взят легендарный мультфильм 1969 года на музыку композитора  Геннадия Гладкова (он в соавторах фильма). Но все, что кроме его песен, к фильму дописал Максим Фадеев.

Кадр из фильма "Бременские музыканты"
Кадр из фильма «Бременские музыканты»

Вроде бы штампов в картине даже больше, чем в «Холопе» — тут и город «погружается во тьму», и любовь «открывает все двери», и парень из захолустья становится известным музыкантом. Кроме борьбы за принцессу и приключений разбойников, здесь еще есть детство Трубадура. Но ведь сказки часто похожи друг на друга — главное, чтобы их слушали (смотрели) и верили в мечту. К счастью, сказки для нашего кинематографа по-прежнему — святое: их не опошляют. Как на премьере мюзикла сказал один из зрителей, наши сказки — «про ЗОЖ, здоровый образ жизни»: есть мораль, про совесть вспоминают.

Но справедливо было бы напомнить: началось все двадцать лет назад, в 2004-м, когда режиссер Константин Бронзит (киностудия «Мельница» и компания «СТВ») снял фильм «Алеша Попович и Тугарин Змей». С точки зрения кассы опыт — не самый удачный: при бюджете в 4 миллиона долларов не удалось собрать и половину, но тогда мультфильм стал самым кассовым в России. И главное — тогда нащупали тот самый путь успеха, который оказался для российской киноиндустрии спасительным. Этой зимой в кинотеатрах — уже двенадцатый анимационный фильм франшизы, «Три богатыря и Пуп Земли». По сборам последних двух недель он замыкает тройку лидеров: два миллиона зрителей, за 600 миллионов рублей.

Кадр из мультфильма "Три богатыря"
Кадр из мультфильма «Три богатыря»

Еще одна киносказка, сборы которой превысили два миллиарда рублей, — «По щучьему велению» — с осени еще идет в кинотеатрах. Все предсказуемо, лекала те же. Зрители хвалят актеров, Никита Кологривый в роли Емели сказочно обаятелен, есть и герои, которых добавили в старом кино, тот же посол англицкий. Танцуют все под старую знакомую «Песню о счастье», перепетую на новый лад… Да почему бы и нет. Вдруг сможем «перепеть» когда-нибудь и давние советские рекорды посещаемости кинозалов — тогда ведь мерили успех количеством билетов.

Кадр из фильма "По щучьему велению"
Кадр из фильма «По щучьему велению»

Для понимания — порядок цифр такой: к примеру, комедию Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» посмотрело более 60 миллионов. Нынешние новогодние киноаншлаги — это пока что лишь 14,8 миллиона зрителей.

Максим Васюнов, «Российская газета» (rg.ru)


МНЕНИЕ: Писатель Игорь Вирабов — о том, почему невозможно оторваться от советских фильмов-сказок и что не так с современными картинами

Писатель Игорь Вирабов. Фото: Сергей Михеев / РГ

В новогоднем телевизоре мелькали «Чебурашка» (скоро обещают второго), «Конек-горбунок», первый «Холоп», все три «Последних богатыря» и богатырские мультфильмы. Новое успешное российское кино — причем действительно хорошее, добротное. По крайней мере — доброе. Вон Чебурашка же не зря нам напомнил: «Знаешь, Ген, мне кажется, вы такие грустные, потому что не умеете прощать ни себя, ни других».

Я и не грущу. Вот только — замечали? — репортажи о премьерах все как под копирку: зрители после сеанса говорят одно и то же. Как правило, у них бегут мурашки, нравится до слез. Какой бы фильм ни показали.

А вот потом все начинают обсуждать: где-то мы все это уже видели. Взять того же «Чебурашку» — сколько в нем от голливудских «Чарли и шоколадной фабрики» или «101 далматинца»? Так с любой картиной: их почти не отличишь. Я рад, что стали наконец снимать кино, которое пытается хоть как-то «чувства добрые» в нас пробуждать. Смущает только: почему все режиссеры делают теперь кино, подсматривая в щелочку — как там у них, как бы сделать по шаблону и получить в прокате миллионы (извините, миллиарды)?

Кадр из фильма "Чебурашка"
Кадр из фильма «Чебурашка»

Вот вопрос: который год, которое десятилетие показывают древние, классические фильмы-сказки — все вроде бы знакомо, а начнешь смотреть, опять не оторвешься. В чем секрет? Не страшно, что Жеймо в той самой «Золушке» снималась 37-летней, — дыхание перехватывает, какая она там волшебная. Милляр, сыгравший много раз Бабу Ягу, и вот в «Морозко» — никого ужасней и смешней не может быть. Там все такие, настоящие, воздушные или шершавые. Черно-белый фильм или цветной — каждый раз можно увидеть новое.

Захочется смотреть второй раз «Чебурашку» или же «Холопа»? Дай-то Бог — но там технологично, предсказуемо, там замечательные выкройки, фасоны голливудские, коммерческий стандарт. Там чудо — одноразовое.

Кадр из фильма "Холоп"
Кадр из фильма «Холоп»

Перед самым Новым годом удивительно сошлись две даты: полвека со дня смерти режиссера Роу и 120-летие режиссера Калатозова. Их фильмы тоже шли, конечно, в телевизоре все эти дни. К слову, новый фильм «По щучьему велению» идет в кинотеатрах — а в 1930-х эта сказка была первой у Александра Роу. Черно-белая, а в мировом прокате — как за океаном написали рецензенты — затмила вышедший тогда же красочный голливудский мюзикл «Багдадский вор». В годы войны Роу снял и «Конька-горбунка», и «Кащея Бессмертного». Его «Морозко» в 1966 году был награжден в Венеции, американцы выдали ему Award of Excellence. Всех впечатляли спецэффекты: печка самоходная, щука говорящая, Иван превращался в живого медведя, Василиса из лягушки — в девицу-красавицу, 11-метровым Змеем Горынычем управляли 20 человек. Спилберг считал: из «Морозко» взяли подсказки для многих ужастиков и голливудских триллеров.

А Калатозов? Посмотрел как раз за эти дни его первый великий фильм «Соль Сванетии» — Коппола (который «Крестный отец» и «Апокалипсис сегодня»), между прочим, называл эту картину одной из любимых, как и «Летят журавли». В Великую Отечественную Калатозов снял с Герасимовым «Непобедимых»: там настоящее все, черно-белое, документальное — первые месяцы блокады Ленинграда, Кировский завод, техника, рабочие и ополченцы — причем они совсем не похожи на тех, что появляются в сегодняшних цветных, успешных фильмах о блокаде.

Кадр из фильма "Непобедимые" (1942), Тамара Макарова
Кадр из фильма «Непобедимые» (1942), Тамара Макарова

Еще вот удивительное: в 1946-м Калатозов возглавил советскую делегацию на 1-м Каннском фестивале. Кто-нибудь вспоминает, что самый первый фестиваль в тех самых Каннах торжественно открылся советской документальной картиной «Берлин»? А завершился тем, что советские фильмы получили больше всех, восемь премий. Американцы — три и демонстративно покинули зал.

Фильм-сказка «Каменный цветок» Александра Птушко на фестивале был единственным цветным советским фильмом — американцы привезли четыре, англичане два, снятых по передовому способу «техниколор». Но приз «за лучшую цветную картину» дали Птушко.

Кадр из фильма-сказки "Каменный цветок"
Кадр из фильма-сказки «Каменный цветок»

В 1952 году тот же Птушко снял сказку «Садко» — кинокомпания «Америкэн Интернешнл» просто украла фильм. Назвали «Волшебным путешествием Синдбада». Исполнителя роли Садко, Сергея Столярова не стали вырезать, но сделали из него новгородского купца Синдбада, в титрах назвали Эдвардом Столаром. Лидия Вертинская стала Люсиль Вертицией, а Алла Ларионова — Анной Лэрион. Режиссера Птушко заменили Альфредом Поско. Сценаристом «переделки» был тот самый молодой Фрэнсис Форд Коппола.

В 1961 году вышел фантастический советский фильм «Планета бурь» Павла Клушанцева. Спецэффекты для американцев были невиданными, героиня Маша парила в невесомости, человекоподобный робот, вездеход на воздушной подушке (созданный умельцами на «АвтоВАЗе»). Все то же. Стибрили, перемонтировали, кое-что досняли. Жженова превратили в Курта Бодена, вместо Кюнны Игнатовой вставили американскую актрису Фэйт Домерг. Назвали «Путешествием на доисторическую планету». Потом создатель «Звездных войн» Лукас, как и создатель «Титаника» Кэмерон, долго благодарили советского режиссера Клушанцева — столько идей!

К чему это? К тому, что было, что подсматривать, тащить у нас — и без зазрения. Дела давно минувших дней? Да не совсем. Фильм «Искупление» Джо Райта по роману Макьюэна в 2007 году получил и «Оскаров», и «Глобусы». Внимательные зрители легко могли узнать сюжетные ходы, прямые параллели и даже внешнее сходство главной героини в юности (Сирша Ронан) с чудесной героиней советского детского фильма «Дубравка», которую играла девочка Лина Бракните.

Кадры из фильмов "Дубравка" и "Искупление"
Кадры из фильмов «Дубравка» и «Искупление»

Было ли чему у нас учиться? Было. Никто не против новых «Чебурашек» — хорошо, что появились наконец. Речь о другом. Наше кино когда-то умело и учиться, и оставаться уникальным, самим собой.

Может быть, когда мы это вспомним, вот тогда у нас и будет снова по-настоящему великое свое кино?




Просмотров - 410Поддержать проект

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *