На бюрократическом фронте без перемен!

Одна из главных реалий нашей современной жизни — бюрократия. Я с ней в своём любимом университете сталкиваюсь почти каждый день. Если воспринимать бюрократию всерьёз, то можно сойти с ума, поэтому я, как Бомарше, спешу посмеяться над всем, иначе пришлось бы заплакать. Есть в нашей бюрократической жизни сюжеты, достойные пера Чехова, Зощенко, или Аверченко. Вот, например, одна история, которая длится со мной уже два месяца и ещё не закончилась, не знаю, каков будет её финал.

Бюрократия

Легко ли в нашем университете написать методичку? Вопрос не сложный — садись, пиши и печатай в типографии. Но так может думать только наивный, кто не сталкивался с грозной крепостью бюрократии. Думаю, что сам Суворов не смог бы взять такую крепость. Вознамерился я в этом учебном году написать методичку по использованию компьютеров при обработке селекционных данных в животноводстве. Методичка очень актуальная, нужная и долгожданная. Кроме этого стимула больше никаких других для её написания не существует, ибо гонорар за методички преподаватель не получает, часы на её написание тоже не выделяются. Для того, чтобы написать методичку в нашем университете, она должна быть включена в план изданий в самом начале учебного года, в сентябре. Если вы не успели это сделать, то вам не светит издание вообще. Хорошо, в сентябре записываю её в план. На протяжении учебного года тщательно работаю над её составлением, к апрелю она уже готова, можно печатать. Но вот тут-то и начинается самое интересное. Для того, чтобы издать методичку нужна рецензия на неё. Есть два варианта: либо два рецензента внутренних (из нашего вуза), либо один внешний (из другого учреждения).

Выбираю внешнего рецензента, выдающегося профессора из НИИ, корифея в этой области, которому уже 83 года, но голова светлая, ум острый, мысль быстрая. Нахожу его телефон, звоню домой, объясняю ситуацию, он с радостью соглашается прорецензировать. Отношу рукопись ему домой. Просит зайти через два дня. Прихожу, получаю прекрасную рецензию с одним небольшим замечанием, которое учитываю, исправляю это место в методичке. Но дедушка-профессор старенький, сам пишет от руки, поэтому я иду домой, набираю его рецензию на компьютере, распечатываю в двух экземплярах и на следующий день снова иду к нему, несу на подпись. Он подписывает. Но подпись нужно заверить по месту его работы в НИИ. Оставляю рецензию у него, через несколько дней захожу, забираю рецензию с заверенной подписью, благодарю от души замечательного рецензента.

После этого надо рукопись методички рассмотреть на заседании кафедры. На очередном заседании рассматриваем рукопись, голосуют, утверждают, получаю выписку с заседания кафедры. Теперь нужно сдать рукопись в методическую комиссию факультета. Сдаю туда, там с неделю её рассматривают, одобряют, получаю выписку оттуда. Затем надо отнести в методический кабинет. Там смотрят, говорят, что раз методичка написана для бакалавров, я должен внимательно ознакомиться с учебным стандартом бакалавров и обязательно скопировать из стандарта во введение к своей методичке большой кусок текста, где должно быть указано, что будет студент знать, что уметь и чем овладеет, если будет пользоваться этой методичкой. Хорошо, смотрю стандарт, копирую и вставляю во введение необходимые с их точки зрения слова.

Дальше надо показать методичку заведующей учебной частью. Приношу ей, она минуты две смотрит, в основном введение, кое-какие слова в нём исправляет и одобряет. Следующая инстанция — методический совет университета. Сдаю со всеми выписками туда. Этот совет заседает раз в месяц. Жду положенного срока. Проходит совет, рассматривают, одобряют, получаю выписку оттуда. Затем нужно нести рукопись в редакцию. Редакция работает таким образом: в 10 часов утра их ещё нет, а в 11.45 их уже нет. Там люди работают в основном по полставки, поэтому у них нет других возможностей, они бывают там только 1-1,5 часа в день. Протискиваюсь в этот узкий график, ловлю редакторшу. Очень колоритная особа, её отношение к вам зависит от настроения. Но мне чаще всего везло — из всех случаев, когда я к ней обращался, процентах в 80 настроение было хорошее. Только в 20 % случаев приходилось испытывать её агрессивно-негативное отношение. Редакторша говорит, что поскольку сейчас в редакции работы очень много (это я слышу всегда — ещё бы, если по 1-1,5 часа в день работать, понятно, что накопится много), то они проверяют не методички, а только титульные листы, чтобы, так сказать, хотя бы лицо у методички было приятным. Смотрит мой титульный лист, поправляет что нужно поднять, что опустить, где изменить шрифт.

Иду на кафедру исправляю за 15 минут, перепечатываю титул, бегу вновь в редакцию (благо на одном этаже работаем) — не тут-то было! Уже никого нет, рабочий день закончился. Жду следующего рабочего дня редакции, прибегаю, показываю, что всё исправил, получаю вожделенную подпись на титуле! Спрашиваю у редакторши — а куда дальше-то нести методичку? Я уже запутался сам! Наверное, в типографию? Оказывается, нет! После этого я должен её занести в плановый отдел и получить у них визу. Отношу туда. Там мне говорят, что надо сначала получить на титуле рядом с визой редакторши визу проректора по научной работе. Бегу туда, там секретарша — говорит оставьте, приходите завтра! Как завтра, ведь ещё середина дня?! А проректор, оказывается, подписывает бумаги только в конце рабочего дня. Днём его чаще всего вообще нет, т. к. он у себя на факультете ведёт занятия. Дело было перед выходными, оставляю рукопись в приёмной проректора.

Прошли выходные, прошёл понедельник, в который я не был в университете. Ну, думаю, уж теперь-то он точно подписал! Прихожу в приёмную, напоминаю секретарше. Она просматривает стопку подписанных бумаг: «Здесь нет, придётся в другой стопке смотреть, надо из-за стола выходить, а так не хочется!» С трудом встаёт из-за стола, перебирает другую стопку: «А вот, нашла. Там, кажется что-то ему не понравилось.» — ???!!! Достаём рукопись с вложенной в неё записочкой проректора «Уточнить в плановом отделе, есть ли методичка в плане публикаций?» Я возмущаюсь! Так ведь плановый-то отдел меня к вам и послал! — Ну, значит, они забыли отметить! Бегу уже обессиленный в плановый отдел! Там меня встречают с иронично-сочувствующей улыбкой: «А что, Вы думали, так легко у нас написать и издать методичку?». На записочке проректора пишут «Есть в плане изданий» и расписываются. Бегу снова к проректору. К счастью, застаю его на месте, хотя ещё не вечер — его обычное время работы. Он смотрит, подписывает.

Тащусь снова в плановый отдел. Там ксерокопируют титул методички и говорят: «Теперь приходите дня через 2-3, мы Вам подготовим бланк для типографии, на котором должна расписаться заведующая Вашей кафедрой, тогда уже понесёте в типографию.» Спрашиваю — А печатать-то долго будут? — Нет, не долго. Ухожу довольный. Но встречаю после этого коллегу, который тоже занимался методичками, и он сказал: «А что ты хочешь, у меня одна методичка «печатается» с октября, другая с марта, третья с апреля.» А сейчас уже май заканчивается. Вот сижу теперь и не знаю, когда моя методичка будет напечатана? И ещё задумываюсь — а надо ли вообще в нашем университете писать и издавать методички?

Вадим Грачев

 


Просмотров - 766


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *