Моя встреча с Сербией. Часть 2

Итак, мы в Сербии. Бояна – замечательная красивая черноглазая сербская девушка – наш гид по Белграду. Именно такой и представляется сербская девушка – черноволосая, глаза как чернослив. Добрая, веселая, умная. Русский язык понимает хорошо, говорит с красивым югославским акцентом – это ей придает необыкновенный шарм. Идем с железнодорожного вокзала на автостанцию.

Сербия. Вадим Грачев с друзьями

Сразу ощущается холмистая местность Белграда – дорога наша метров 300-400, но все время в гору, забирает много энергии. Здесь, на Балканах, хорошо худеть и поддерживать жизненный тонус – походы по холмам не дают вам растолстеть. Садимся в автобус, и через каких-нибудь 30 минут мы уже в Батайнице – пригороде Белграда, у Бояны дома. У Бояны замечательные родители и брат Стефан, которого мы тут же на русский манер назвали Стёпой. Вся семья тихая, скромная, добрая, мудрая. Папа работает в полиции. Нас тепло принимают. Сначала подают кофе – неотъемлемый утренний балканский напиток, потом мама готовит вкусный и питательный завтрак.

После этого мы собираемся поскорее поехать в Белград, осмотреть, насколько это возможно за один день, знаменитую и многострадальную сербскую столицу. Но законопослушный папа сначала отвозит меня к себе на работу – в полицию. Дело в том, что всех иностранцев в Сербии, так же, как и у нас, нужно ставить на учет. У меня переписывают паспортные данные, выдают небольшую плотную бумажку с печатью – гарант того, что я могу себя спокойно и безопасно чувствовать в Сербии. За эти несколько дней семья Кнежевичей, видимо, прославилась в Батайнице – уже второго русского принимают в свой гостеприимный дом. Почувствовав законную свободу на сербской земле, мы садимся в проезжающий пригородный поезд, и едем в Белград из Батайницы уже другим путем. Первое, что мы хотим посетить по совету Бояны, пока светло – это телецентр на окраине Белграда. Там стоит Авальская телебашня – самое высокое сооружение на Балканах, высотой более 200 метров. Едем на автобусе через весь Белград, население которого, по разным подсчетам, от 1 до 2 миллионов человек.

Белград

Белград

Приезжаем на окраину столицы, здесь тихо, спокойно. Находим уютное кафе в тени. Следует заметить, что в Сербии уже не так влажно и душно, как в Черногории, климат более континентальный. В кафе заказываем вкусный обед. По сравнению с Россией, и даже с Черногорией, здесь всё довольно дёшево стоит. Мы долго расспрашивали Бояну о национальных блюдах, хотелось попробовать что-то национальное сербское. В результате заказали первое – что-то вроде супа, второе, название которого мы тут же забыли, только помнили, что это было «что-то на чём-то» — так это и вошло у нас в поговорку. Долго потом смеялись с Бояной, когда вспоминали это загадочное «что-то на чём-то». Оно было таким сытным – что-то вроде обжаренных домашних колбасок, и его было так много, что есть мы потом не хотели до конца дня.

Поднялись к подножию телебашни. Пока поднимались, Бояна нам рассказывала, что во время Югославской войны американцы одной из первых разбомбили эту телебашню, но после окончания войны сербы ее восстановили, и даже сделали на несколько метров выше, чем была. В подножии башни музей этой злополучной войны. Среди прочих экспонатов выставлены и куски разбомблённой прежней башни.

Вот мы берем билеты и поднимаемся на лифте довольно долго на вершину башни. Выходим на смотровую площадку, от обозрения с которой дух захватывает! На многие десятки километров ты видишь зеленые просторы, реки, деревни, города, холмы, долины – это даже больше впечатляет, чем в Черногории, так как вид вокруг не ограничен горами. А уходит далеко-далеко, тая в голубой дымке. Так и завораживает эта картина. Долго мы там стояли, созерцали эту красоту, смотрели во все стороны, фотографировались, чувствовали сильное дуновение свежего ветра, восхищались и молчали. Так было красиво там!

Авальская телебашня

Авальская телебашня

Быстро летит время, особенно когда знаешь, что идут твои последние денечки на Балканах. Мы спешим в самый центр Белграда, в самую гущу его жизни. Хочется почувствовать атмосферу этого легендарного города. Выходим из автобуса в центре и гуляем пешком по главным улицам, Бояна показывает нам здание Скупщины, главпочтамт, различные старинные дома. Опять же в центре столицы, на пересечении главных улиц, стоят два дома, в которые попали снаряды при бомбардировках. Так и не восстановлены уже полтора десятка лет. То ли денег нет, но скорее всего как немой памятник о приходе «демократии» на Балканы. Бедные, дорогие наши сербы. Бояна рассказывает, что была маленькой девочкой, когда НАТОвцы бомбили Белград и другие города, она помнит эту атмосферу страха, но родители ее тогда увезли к бабушке в деревню, поэтому сами бомбардировки она не видела. Отец Бояны рассказывал нам, что американцы не смели вводить сухопутные войска в Югославию, ибо знали, что храбрые и отчаянные славянские солдаты могли разгромить даже во много превосходящие силы противника. Они лишь как трусливые шакалы нападали оттуда, откуда их невозможно достать – с воздуха. Но и то были случаи, когда противовоздушная сербская оборона сбивала вражеские самолеты. Такое не забывается!

Вадим Грачев с другом. Сербия, центр Белграда. Памятник Карагеоргию, на заднем фоне собор св. Саввы Сербского.

Сербия, центр Белграда. Памятник Карагеоргию, на заднем фоне собор св. Саввы Сербского.

Пока мы прогуливались по холмистым улицам Белграда, напоминавшего чем-то в этом отношении родной наш Киев, стало уже темнеть, и мы продвигались к самому сердцу Белграда – Калемегдану. Это изящный парк и крепость, расположенные при слиянии двух крупнейших рек – Дуная и Савы. Поселение на этом месте под названием Сингидунум существовало еще с 15-го века до нашей эры – вот какой древний Белград! Еще он уникален тем, что одна его часть находится на Балканах, а вторая в Европе. Именно через Белград проходит южная граница Европы. Сербы его красиво называют Београд – как будто им не выговорить звук «л» — так кажется нам, русским.

Чем темнее становилось, тем больше было народу на улицах. На Белград опускалась теплая мягкая ночь, начиналась активная ночная жизнь. Мы шли по центральной пешеходной улице. Я с интересом разглядывал вывески – в основном на кириллице, в отличии от Черногории, смотрел на людей, вслушивался в мелодику славянской речи. Меня всегда восхищали славянские языки – ведь все мы когда-то, в доисторическом прошлом, говорили на едином языке, у нас единый корневой стержень, мы и сейчас во многом понимаем друг друга. И каждый раз, общаясь с братьями-славянами, испытываешь такое чувство, как будто встретил старого, подзабытого родственника, которого давно не видел, всматриваешься в него, вслушиваешься в его речь, пытаешься понять, отметить знакомые черты, которые появились за время нашей разлуки. А разлуке-то всего каких-нибудь две тысячи лет, в историческом масштабе – ничто.

По пешеходной улице на каждом шагу расположены кафе, люди сидят прямо на улицах. Тут же расположились торговцы сувенирами и прочими безделушками. Не утерпев, заходим в книжный магазин, смотрим сербские книги на кириллице. Через всю эту бурную вечернюю жизнь выходим, наконец, к Калемегдану. И тут в темноте ночного южного неба, в освящении тысяч больших и маленьких огоньков открывается мне то, о чем я мечтал много-много лет – таинственная, величавая гладь Дуная!

Белград. Дунай

Белград. Дунай

Долго я подходил к нему. Мечтал увидеть еще с 2000 года, когда в Англии подружился с замечательным моим другом из Словакии Марьяном. С ним мы много говорили про Дунай. Был я в Словакии в конце 2002-начале 2003 годов, но только в ее северной части, на юге, в Братиславе, на берегах Дуная тогда не удалось побывать. Сколько песен про Дунай я слышал, с каким восторгом рассказывал Марьяну, что славяне когда-то расселившись из единого центра унесли в своих песнях имя этой великой славянской реки, и теперь в русских народных песнях Дунай можно встретить и во Пскове, и в Архангельске, и в Усть-Цильме, и в любом месте, где еще сохранилась русская речь и традиционный песенный уклад. Рассказывал Марьяну про песню Ольги Федосеевны Сергеевой, в которой она пела:

Вы пойдете на реку Дунай, возьмите и меня,
Вы будете в Дунай венки пускать, пустите и мой…

Кто хоть раз слышал это исполнение, никогда не останется равнодушным. И вот я вижу перед собой величавую, медленно и таинственно текущую эту великую мистическую, архаичную славянскую реку – Дунай. Много мыслей и образов проносилось в те поры в моей голове. Долго мы стояли у каменного бордюра, и, опершись на него, в большой высоты созерцали эту великую реку – Дунай. Так много Дунай для меня значил, и так символично, что впервые я его увидел в центре Белграда. Вот с такими мыслями, в восторженном состоянии мы вернулись в гостеприимный дом Бояны и завалились спать в час ночи, что называется, не чуя ног под собой. Завтра нас ждет Воеводина и ее столица – Нови Сад.

Вадим Грачев

 

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ:

Моя встреча с Сербией

Второй день в Сербии. Нови Сад

 

Просмотров - 982


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *