Михаил Шуфутинский: я полюбил новый «Lexsus»

Известный исполнитель Михаил Шуфутинский рассказывает нашим читателям о первом опыте вождения, утомительных московских пробках и, конечно же, о своем автомобиле…

Михаил Шуфутинский, автомобиль, за рулем

-Я очень доволен своим новым автомобилем. Это «Lexsus 460 long». В полной комплектации. Черного цвета. Когда я впервые сел в этот Lexsus и прокатился, то полюбил его. Мне кажется эта новая модель «убрала» все другие марки в этом классе. Тут все сделано по самой новейшей технологии. Если чего-то нет в этой машине, то нет нигде! Движение регулируется разными режимами. Амортизация тоже. Например, есть режим «спорт», «комфорт» и т.д. Машина достаточно экономична и потрясающе удобна. У пассажирского кресла есть подножка, как в самолете, оно раскладывается как угодно, есть функция массажа, в подлокотник встроена дистанционная регулировка видео и аудио систем. Есть и другие новшества, так, если водитель включает круиз контроль, то машина притормаживает сама, чтобы держать дистанцию, если впереди идущая машина оказывается слишком близко. Есть «паркинг ассистент», то есть машина сама паркуется. Я не знаю, работает ли это в России, но в Америке уже — да.

-На «Лексусе» вы ездите с водителем?

-Да. В принципе, я мог бы ездить и сам, но это не очень интересно. Поездки занимают много времени, поэтому в машине я делаю свои дела: читаю, слушаю музыку, разговариваю по телефону, — поэтому с водителем гораздо удобнее. А вот когда у меня был спортивный «Порше» я, конечно же, ездил сам. Но, к моему сожалению, происходило это очень редко. Во-первых, климат у нас в стране не подходящий: ездить можно только летом, когда асфальт сухой. Во-вторых, даже если и выезжать на «Порше», то уж точно не по маршруту дом-офис. Ну, как можно на таком автомобиле, да по пробкам? Никакого интереса, никакого удовольствия!

-А водителей часто меняли?

-Знаете, предыдущий водитель работал 15 лет со мной, и сейчас он у меня управляющий. А водитель теперь другой. Я вообще работников редко меняю, очень привыкаю к людям и работаю с ними много лет. Вот мой директор работает со мной 16 лет. Это, наверно, возрастное: выработались привычки и стереотипы. Удобно общаться с людьми, которых ты знаешь, которых уже проверил в жизни.

-Расскажите, как вы первый раз сели за руль автомобиля.

-Это было в Магадане. В тот период моей жизни я жил в Магадане и там ходил в автошколу. Учился на грузовике, «Жигули» тогда были большой редкостью, особенно там, на севере. Сдавали на права мы очень необычно: нас посадили всех в кузов, и каждый, кто сдавал, вылезал, садился в кабину к инструктору, а потом залезал обратно в кузов. И целый кузов «курсантов» везли по городу – так мы сдавали на права.

-Помните, как первый раз выехали на большую дорогу?

-Конечно, помню! Это было страшно. Мы с женой и сыном возвратились из Магадана в Москву. Тем временем мой отец на мои деньги купил машину для меня. Это был «Москвич 408» голубого цвета. В то время было большой редкостью купить машину, надо было в очереди стоять долго. Мы приехали из аэропорта, заехали домой втроём, помылись, переоделись и поехали к отцу на Ленинский проспект – машина стояла у него. Там были гости, стол накрыт, мы изрядно выпили, закусили. И вот я, во что бы то ни стало, захотел сесть за руль и сам вести машину даже в таком состоянии. Жена, конечно, была против, но я был непреклонен. Ну, я знал хорошо дороги, потому что мы жили в конце Ленинского проспекта на улице Удальцова. Я был, конечно, пьян, но ехал по возможности по маленькой дорожке, потом выехал на трассу и каким-то образом доехал, припарковался, и мы были дома. А утром я просто не помнил, как я доехал. Я, правда, потом себя проклинал за то, что сделал это, но, слава Богу, ничего не случилось тогда. А ведь с нами был наш маленький сын! Машина-то была не автомат, тогда не было автоматов, она была с переключателем на руле. И я помню, что я всё время дёргался, практики-то не было. Я сцепление отпускаю, а машина дёргается! Как я доехал? Не знаю. Это самое страшное преступление. Я ведь мог погубить и себя, и семью, и… Не дай Бог! Это ужасно!

-Можете описать свой стиль вождения и стиль вашего водителя?

-У водителя стиль, конечно, лимузинный. Он едет аккуратно и может превысить лимит скорости только в крайнем случае, если мы куда-то опаздываем: или в аэропорт, или на вокзал. И то без риска для моей жизни и жизни окружающих. Это для меня очень важно. Maсса людей погибает в катастрофах и это такая бессмысленная, глупая смерть! Поэтому водитель меня возит аккуратно. А вот сам я могу нарушить правила. Могу нарушить что угодно, потому что, в худшем случае, милиционер, который меня остановит, попросит диск или автограф. У меня с ними всё легко и просто. Но я стараюсь этого не делать. Считаю, что правильно водить машину нужно так, как это делают в Америке. Там пропустить пешехода, пропустить машину, если она включила мигалку и просит тебя пропустить её, — это особая привилегия, это фасон! Быть вежливым на дороге – это модно там. А здесь это, конечно, совсем другая история…

-По какому принципу вы выбираете свои автомобили? Какие внешние и внутренние качества автомобиля для вас особенно важны?

-Машину выбрать легко, потому что ни для кого не секрет, какая машина лучше, а какая хуже. Критерии в той машине, в которой возит меня водитель таковы: она должна быть для меня удобной, я не должен в ней уставать, ведь мне иногда приходится ездить на дальние расстояния. В такие города как Ярославль, Тверь, Рязань я на поезде не езжу, потому что хорошо и на машине эти 2-3 часа проехать. Что же касается машины для себя, то это должен быть настоящий мускул.

-А когда вы на гастролях, то на каких машинах вас должны встречать? Это в райдере прописано?

-Конечно, прописано. Это должна быть машина не старше трёх лет, и одна из главных моделей этой фирмы. То есть, если Мерседес, то S-класс большой, если это Ауди, то восьмёрка А8, если BMW, то не меньше, чем седьмая модель. Это должна быть большая просторная машина. Вообще, критерий таков: организаторы должны предоставить мне условия, хотя бы напоминающие те, в которых я живу дома, привычную для меня обстановку. Удобный номер в гостинице, хороший выезд, — тогда я также хорошо им и спою.

-Никогда не было желания сделать аэрографию на своих машинах?

-Вот на «Lexsus» особенно не сделаешь, а вот про «Порш» я в свое время думал. Мне вообще все такие автомобильные фишки нравятся. Но только, чтобы это не граничило с пошлостью: есть определённые критерии, и их надо придерживаться. Если у тебя классический автомобиль, то ты не должен покупать на рынке к нему обвески, потому что они сразу этот автомобиль будут занижать. Для этой машины все необходимые вещи нужно покупать фирменные, в специальной тюнинговой компании.

-Как вы ведёте себя в московских пробках?

-Раньше волновался и дёргался, а теперь: первое – я раньше выезжаю, второе – я их игнорирую. Пробка – это аксессуар сегодня, вестник нашего времени, без неё невозможно. Выезжая на расстояние, например, из дома в город, ты знаешь, что где-нибудь засада тебя ожидает. Или перекроют Кутузовский, потому что поедет президент или кто-то из думы, или где-то ещё обязательно будет пробка! Я к этому привык, ведь без передвижения по городу я не могу. Но, если нет необходимости ехать, я не еду. Даже, когда интервью какие-то, если люди могут приехать ко мне, то я их с удовольствием принимаю у себя, и никто ещё не жаловался. А в пробке я слушаю радио, смотрю по сторонам, а что делать? Ну, пробка и пробка. А если опаздываешь на концерт, то можно выехать на резервную полосу, хотя сейчас таких полос-то уже не осталось… Я не люблю опаздывать, я не могу опаздывать, это у меня в крови. У меня есть две вещи, которые я ненавижу: ненавижу быть должным кому-то, если я у кого-то взял деньги, а я давно уже этого не делаю, но, тем не менее, я должен отдавать долг вовремя обязательно, иначе это для меня катастрофа. А второе – я не могу опаздывать, в моей практике считанные случаи, когда я опаздывал куда-то. Мой папа говорил так: «Всегда приди на 5 минут раньше. Если ты раньше пришел, значит, он тебе эти 5 минут должен». Когда я чувствую, что опоздаю, и меня ждут, это для меня — просто беда! Казалось бы, ну, могут и подождать, но, нет, я не могу! Что-то у меня внутри переворачивается, я просто выхожу из себя! По своей вине я никогда не опоздаю. Если мне нужно выехать без пятнадцати, то я без двадцати уже в машине.

ПОСТСКРИПТУМ  НАЧАЛ ПРЯМОЙ ЭФИР ПО МОБИЛЬНОМУ…

-А у вас не бывает таких ситуаций, когда вы, застряв в пробке и катастрофически опаздывая, оставляете машину и доезжаете на метро?

-Здесь, в Москве, нет. Поскольку ехать на общественном транспорте – это завал! Тебя же все знают, и это просто беда… Я стараюсь раньше выезжать, чтобы избегать таких ситуаций. Правда, был один интересный случай, когда я ехал накануне Рождества на прямой эфир на радио России. Мне надо было быть там к восьми, и из своего офиса, из «Пекина», я выехал в полшестого, так как знал, что будут страшные пробки. Как назло, мой водитель заболел, и я сам был за рулём. Застрял наглухо я где-то на Марьиной роще, там всё стояло и в одну сторону, и в другую, ничего не двигалось вообще! Пришлось начать прямой эфир в восемь по мобильному телефону. Эфир у меня длился час, а в десять я уже вернулся домой. Вернувшись, я понял, что потратил 5, часов, и так никуда не доехал. Но всё-таки прямой эфир у меня был.

Денис БЕССОНОВ

Благодарю за сотрудничество Елену Канунникову.
Фото предоставил Александр Поляк (PR-агентство “Успех”).


СПРАВКА

Михаил Шуфутинский окончил музыкальную школу по классу аккордеона и музыкальное училище имени Ипполитова-Иванова по специальности дирижёр-хоровик.

Михаил Шуфутинский

Выступал с различными ансамблями в Москве и в Магадане в ресторанах (исполнял песни Александра Вертинского, Петра Лещенко), позже стал руководителем ВИА «Лейся, песня», который, в основном, исполнял песни Вячеслава Добрынина.
В 1981 г. М. Шуфутинский вместе со своей семьей эмигрировал в США.
Около десяти лет играл в составе различных ансамблей в ресторанах, создал собственную шоу — группу «Атаман-бэнд’» (так же, как и ресторан «Атаман»).
Однажды Михаил приехал с концертом в Лос-Анджелес и сразу влюбился в этот город-мечту. Именно на тот период пришелся русский ресторанный бум в Лос-Анджелесе. Михаила, как уже известного певца и музыканта, пригласили работать в голливудский ресторан «Арбат».
С 1993 г. М. Шуфутинский постоянно живет в России.
В 1997 году написал автобиографическую книгу «И вот стою я у черты…»
В репертуар Михаила Шуфутинского входят песни таких авторов, как Вячеслав Добрынин («Две свечи»), Игорь Крутой («3-е сентября», «Пальма да Майорка», «Московское такси», «Москва слезам не верит»), Олег Митяев («Ночной гость»), Александр Розенбаум («Крещатик», «Заходите к нам на огонек», «Гоп-стоп»), Олег Газманов, Игорь Зубков («Соло, Марджанджа» «Наколочка»), Александр Морозов («Душа болит»), Вацлав Лисовский, Анатолий Поперечный, Константин Арсенев, Олеся Атланова, Карен Кавалерян и многие другие.

Информация с сайта http://ru.wikipedia.org

Версия интервью в газете «Биржа плюс Авто».


ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ О МИХАИЛЕ ШУФУТИНСКОМ:

Михаил Шуфутинский: мой английский — Street English

Михаил Шуфутинский: в моем доме дышится легко

С ружьем за раками

 


Просмотров - 2 422


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *