Две стороны органа

Орган — древнейший инструмент, история которого противоречива и насчитывает тысячелетия! В каких только целях он не использовался! Какие только народы не полюбили его! Да, орган — это король инструментов, к тому же надо добавить, что его дарили князьям, королям, царям, шейхам и императорам. 

Орган

Придуман инструмент был в III веке римским механиком Ктесибием, который изобрел водяные часы. Гидравлос, так назывался первый орган, пришелся по вкусу всем слоям населения, начиная от императора, заканчивая бесправными плебеями. Звучал гидравлос везде: в цирке, бане, театре, амфитеатре, дворце. Придавал торжественность императорским церемониям, ораторским речам, выступлениям политиков, философов, поэтов, жонглеров, игре актеров, даже бои гладиаторов и травля первых христиан на арене и те не обходились без органной музыки…

Гонимые христиане скрывались в катакомбах, там и совершали свои богослужения без органа, читали Священное Писание, объясняли его, пели гимны, молитвы, преломляли хлеб, благословляли вино. Раннее христианское искусство начало развиваться в катакомбах сокровенно. Профессор Оксфордского университета Дмитрий Кономос, считает, что первая музыка была исключительно вокальной. «Инструменты, в том числе и орган, ассоциировались с жестокостью, языческими обрядами, распутством, роскошными пирами, непристойностью театра, а никак не литургией, потому инструмент у христиан не использовался». Разумеется, христианство было единым: никаких разделений на православных и католиков, никаких музыкальных инструментов во время богослужений. Органная музыка развивалась в Древнем Риме, а затем в Византии, как светское искусство. С того момента как религию объявили официальной, началось строительство храмов-базилик, развитие вокальной музыки, иконописи. Разумеется, христианство стремилось обособиться от античной культуры.

В ХI веке из-за разных разногласий произошел Великий церковный раскол внутри христианства. Христиане разделились на западных и восточных. Восточные остались преданы апостольской чистоте и учению, они стали называться православными (от выражения «правильное славословие»). А западные христиане внесли свои новшества, в том числе и орган в богослужение… Величественные звуки сопровождали католические службы, церемонии и даже акты инквизиции…

На протяжении веков внутри западного христианства стали происходить новые и новые расколы. Сформировались более снисходительные к мирским увлечениям протестантские течения: лютеране, реформаторы, англиканская церковь, баптисты и т.д. Все они начали использовать музыкальные инструменты, особенно орган, пение с аккомпанементом стало отличительной чертой их проповедей.

Любопытный факт. Православная цитата о течениях в Христианстве: 

«В вопросах веры даже самое малое отклонение уже является смертным грехом. Знай же, что даже одно малое нарушение Предания позволяет небрежение ко всем догматам».

Святитель Фотий Константинопольский

Святитель Фотий Константинопольский

Византолог, музыковед профессор Лондонского, Оксфордского, Ганноверского университетов Дмитрий Кономос в своих исследованиях пришел вот к какому выводу. «Не случайно почти все религии, за исключением квакеров, выстраивают свои службы вокруг общего повторения богослужебных текстов, однако это не безмолвное повторение, а звучащее, дабы все могли слышать, произносить и впитывать смысл звучащих слов. Для подобного звукового повторения пение оказалось более естественным, чем речь. Совместная речь утомительна и безобразна, в то время как ритм песнопения, даже довольно свободный, объединяет всех и способствует лучшей слышимости. Кроме того, мелодия помогла людям запоминать слова». Органная музыка в церковной службе, по-мнению того же ученого, пробуждает чувства, обостряет слух и отвлекает от молитв. Вокальное пение, напротив, служит бесстрастию. «Поскольку христианство вытекло из иудейской синагоги, где инструменты не использовались, то и вокальная форма богослужения стилистически более уместная».

Византия оставила нам более 5000 музыкальных рукописей. Ее распевы повлияли на греческие, латинские, славянские, грузинские, армянские, арабские, коптские, румынские музыкальные диалекты. Надо отметить, что именно из Византии на Русь и был завезен орган после ее крещения. Сразу возникает вопрос, а где поставили первый орган? Неужели в храмах? Конечно, нет! Православная церковь на Руси в своих отповедях стоглавого собора воспрепятствовала использованию органа в церковной практике. Музыкальный инструмент установили в Потешной палате. Органная музыка увеселяла князя Владимира и бояр. Раньше не было фотоаппаратов, поэтому сцены из жизни ктитора храма увековечивали на фресках. Такие изображения были обнаружены в Киевской Софии. В Византии и на Руси, а потом в России органная музыка развивалась как явление культуры. Музыка ради музыки. Но были в истории страницы, когда государству не хватало своих инструментов, тогда разрешали лютеранам и протестантам строить церкви на наших территориях. Во времена Петра I таких церквей с органами, куда можно было сходить на концерт или поучиться мастерству, насчитывалось более 2000.

Но русский человек, как тот Ванька «слушает, да ест». Еще до революции органное искусство было объявлено внецерковным.

История органа, прошедшая через многие эпохи, оставила нам богатое музыкальное наследие от сложных токкат и фуг о вечности и загробных наградах, до легких мелодий о радости земной жизни, любви, героических подвигах, быте, эмоциях. История музыки подарила России таких замечательных отечественных композиторов: М. Глинка («Полонез», «Иван-Сусанин», «Вальс фантазий», «Молитва»), Н. Римский-Корсаков (опера «Садко»), Микаэл Таривердиев (органные симфонии «Чернобыль»), в современном исполнении которых звучит орган… Но главными органистами России принято считать: С.И. Танеева, А.Ф. Гедике, О.Г. Янченко, С.Г. Губайдуллину.
В заграничных фильмах органная музыка сопровождала… маньяков, а у нас интригующие события из жизни нормальных людей. «Киноиндустрия» перечисляет много интересных фильмов: «Царская невеста», «Майская ночь или утопленница», «Жена Сталина», «Тихие омуты», «Садко» и др.

Орган

На данный момент в России насчитывают двадцать органов, принадлежащих католикам, протестантам, лютеранам, баптистам и др. конфессиям. Остальная «добрая» сотня органов находятся в консерваториях, музыкальных школах, концертных залах, театрах. Что касается Российских органистов, то их на всю страну — тридцать человек и то, музыканты подсчитаны Википедией с 19 века (!) Да, это сложное искусство! К тому же не каждый имеет твердый психологический стержень, чтобы идти учиться у религиозных проповедников, и оставаться при этом верным музыке и своему делу. Известно, что западные христиане любят устраивать концерты инструментальной музыки прямо в своих соборах, используя мировые шедевры для проповедей, в том числе далекие от религии. Правда, они тоже официально или неофициально платные. Цена билетов в долларах или евро. Там, где билеты не продают, устраивают благотворительные концерты за реальные пожертвования. Поэтому, радуйтесь, что живете в России, и у Вас есть возможность сходить в филармонию.

Некоторые неординарные органисты не могут играть одну только музыку средневековья или, например, готики или других эпох, что предписано им мировой культурой, они используют транскрипции симфонических произведений композиторов Нового времени. Вы слышали когда-нибудь Чайковского, Рахманинова или Мусоргского в органном исполнении? Нет? Вы много потеряли! Музыкальными транскрипциями заслуженной артистки России и генерального директора Северо-Кавказской Госфилармонии Светланы Бережной пользуются органисты разных стран. Произведения получаются интересными, сочными, необычными, впечатляющими! Светлана Бережная, обладательница Гран-при, очень тонко и мудро планирует культурную программу филармонии, гастролирует по России и выступает за рубежом.

Эксклюзивное интервью с заслуженной артисткой России и генеральным директором Госфилармонии на Северном Кавказе Светланой Бережной.

Светлана Бережная

Корр: Слышала, что Вы замкнули круг гастролей по всему миру. Расскажите об этом.

Светлана Бережная: Я всегда была гастролирующим музыкантом и много ездила. Сейчас наступил, видимо, тот момент в жизни, когда вложенная энергия начинает работать на мое имя. Ко мне приходят огромное количество предложений, и я выбираю ту страну, ту поездку, тот зал, которые могут меня продвинуть, в плане музыкального роста. Ведь мы музыканты не перестаем учиться. Многое приходится отклонять, так как времени на все не хватает. И все равно получается огромное количество сольных концертов. Раньше я давала более 90 концертов в год. Сейчас прибавился еще и арт-дуэт «Свет камня». У меня словно открылось второе дыхание. Появилось желание играть не только на органе, но еще и на рояле. Сейчас я езжу и как органистка, и как пианистка.

Корр: Как Вам удалось уговорить скрипача из Швейцарии создать совместный арт-дуэт?

Светлана Бережная: Я не уговаривала Никифорова для создания арт-дуэта, это получилось случайно, и вообще, это он мечтал со мной играть… Мой партнер по арт-дуэту скрипач из Швейцарии Петр Никифоров родом из России. Уехал в Швейцарию, где прожил более 23 лет. Мы оба заканчивали «Гнесинку». «Гнесинка» — это такое кровное братство, что даже если ты встречаешься с сокурсником через много-много лет, ты понимаешь, что это родной тебе человек. С Петром мы знакомы уже 15 лет. Он приезжал в Кисловодск в 2009 году, играл с нашим оркестром произведения П.И. Чайковского. У него вышла прекрасная запись с нашим оркестром. До арт-дуэта вместе мы никогда не выступали. А после 2009 года и вовсе ничего не слышали друг о друге. Получилось так, что в 2015 году Петр мне позвонил и предложил два концерта в Швейцарии. Я согласилась. Подписала контракт. Это было радостно на тот момент. Но у меня случилась большая трагедия со здоровьем. Мне надо было делать очень серьезную операцию, после которой я вряд ли смогла бы играть. По дороге в Швейцарию я думала, что на этом моя карьера и кончилась. Прилетев в Милан, я сказала Петру, что завершаю свою карьеру и это последнее мое выступление. Мы играли два концерта, и я была уже в очень плохом состоянии. По инициативе Петра меня проконсультировали в Швейцарской клинике. Целый месяц меня там лечили. Это были очень серьезные специалисты. И я благодарна им за то, что лечили меня как музыканта. Швейцарские врачи особенно относятся к музыкантам, вообще очень любят русскую музыку, просто поклоняются ей. Фактически врачи выполнили невероятную благотворительную миссию. Они восстановили меня. И когда я опять вышла на сцену с Петром, случилось что-то особенное. Концерт был обширный! С. В. Рахманинов, П.И. Чайковский. На улице шел дождь. Мы играли в соборе «Грустную песенку» П.И. Чайковского. Буквально с первых же звуков солнечные лучи проникли сквозь витражи в сумрачную церковь и осветили ее. И все время пока звучала музыка, сиял невероятный солнечный свет. Зрители плакали. Это был невероятный успех! Тогда мы поняли, что в нашем музыкальном дуэте есть что-то особенное, нужное людям, что мы на правильном пути. Это и было началом большого мирового турне по городам Швейцарии, России, Кореи, Японии, Нидерландов, Италии, Франции, США и др. стран. Теперь наш арт-дуэт очень востребован. И самое главное, мы не ищем, где нам выступать. Люди приглашают нас сами. У нас появились партнерские предложения играть в трио, играть с оркестром и даже в драматических спектаклях. И в этом великое счастье!

Светлана Бережная и Петр Никифоров

Корр: Что интересного сыграете в родной филармонии?

Светлана Бережная: С декабря 2016 мы начали работу в нашей филармонии с очень знаменитым актером театра и кино, заслуженным артистом России Сергеем Чонишвили. Первая ступень была в декабре, когда мы сделали рождественскую историю Ч. Диккенса с русской музыкой П.И. Чайковского и Г.В. Свиридова. Мы поняли, что можем работать вместе, увидели, что это очень интересно. В 2017 мы запланировали три проекта, три серьезных драматических спектакля. Первый проект стартует в июле. Это театрально-поэтически-музыкальное пиршество, в основе которого положены маленькие трагедии к 180-летию А.С. Пушкина. Арт-дуэт будет представлять музыку И.С. Баха, А.Г. Шнитке И.Ф. Стравинского и В.А. Моцарта.
Второй проект — французская программа с очень интересной поэзией А. Рембо, Э. Верлена, то, что в России мало переведено.
С. Чонишвили нашел архивные переводы Д. Самойлова, какие в России практически не распространены в печати. Он будет декламировать, а мы с Петром сыграем сонаты Сезара Франка, Клода Дебюсси и Мориса Равеля. Третий проект — это образы Кармен. Тема: что есть Любовь? Это испано-латинской программа с именами: писателей Проспера Мериме, Карлоса Кастанеда, Габриэля Гарсия Маркеса, музыка Франсиско Таррега, Монуэль де Фалья, Хоакин Родриго и вплодь до Пьяццоллы.

Корр: Вы завтра улетаете на гастроли. Расскажите о Ваших творческих планах за границей.

Светлана Бережная: Завтра: Франкфурт-на-Майне Германия, Гданьск Польша, Лугано Швейцария, затем три концерта в России, потом Тоскана в Италии и далее, далее. Мы будем играть программу скрипка с органом, роялем и клавесином. Все зависит от желаний и надежд заказчика. Вот вчера мне позвонили из Гданьска и спросили можно ли сыграть и на фортепиано тоже. Ну, хорошо, мы сыграем «на бис». Да, нам обоим сложно перестраиваться, когда я пересаживаюсь с инструмента за инструмент. Но это эксклюзивно, по-новому и необычно. С разными инструментами скрипка будет звучать по-разному. Каждый раз она приобретает то человеческий голос, то флейты, то гобоя. Мы так же будем иметь дело с симфоническим оркестром, где Петр дирижирует. Он прекрасный дирижер. У нас обширный спектр в каждом концерте и гурманское отношение к искусству. У нас намечены выступления с разными виолончелистами: Борисом Адриановым, Николаем Шугаевым, Денисом Шаповаловым, и даже с бас-балалайкой – Михаилом Дзюдзе, с оркестром камерным, и большим симфоническим…

Скрипач Петр Никифоров

Корр: Где Вам больше всего нравится выступать?

Светлана Бережная: Публика везде прекрасна! Если говорить о публике. Российская — особенная, подчеркивает Петр. Особенно нам нравится играть на открытом воздухе. У публики на воздухе особый настрой. Когда мы в прошлом году играли во Владимире, мы увидели, что нам аккомпанирует сама природа. Это правда. Оркестр сделал вступление и когда подошла наша очередь, мы увидели, что по небу полетела стая птиц. А когда нужно было вступать в партитуре, ударил гром и полил дождь, публика открыла зонты, в центральной лирической части Мендельсона вдруг в небе возникли две огромные радуги. Люди одной рукой держали зонт, а другой крестилась: «Это Божье знамение!» Это было удивительно, словно мы послали музыку в пространство, и оно нам ответило.

Корр: Самый ценный орган на котором вы сыграли?

Светлана Бережная: Ценность органа очень сложно описать. Если говорить о самом крупном органе в мире, на котором я сыграла, это был собор Crystal Cathedral в Сан-Диего, в нем 326 регистров, он огромен, высотой с 7-этажный дом, его звук пробуждает недра земли, но при этом могу сказать, что он оказался для меня так же ценен, как маленький итальянский орган с 1 регистром и маленькой клавиатурой из трех с половиной октав 11 века в Бельгийском институте. Музыка веков сохранилась в этом органе. Когда я прикоснулась к нему, у меня возникло ощущение, что я совершила путешествие во времени. Удивительно было играть на 2х-мануальном органе в доме Баха в Айзенахе на инструменте 17 века, на которым учился играть сам композитор и на котором написал знаменитую токкату и фугу ре-минор. В 2009 году на 300-летие 10 органистов со всего мира собрались в Ленибурге, и каждый представил свою интерпретацию этого произведения. Это были особенные ощущения. Я получила невероятное удовольствие от игры на органе Бельгийского собора Сен-Мишель в Брюсселе. Это был обширный концерт. Я репетировала М.П. Мусоргского «Картинки с выставки» и много другой современной музыки. На репетиции мы провели 10 часов, забыв о своей физиологии, своих потребностях. Это был 4х- мануальный орган, в котором присутствуют 74 регистра. Мне ассистировал ребенок, моя 10-летняя дочка! И когда дочь сказала: «А теперь я устала и у меня болит голова!», — я поняла, что пора заканчивать. Вот что такое ценность!
Мне нравится музыка, я живу в ней. Я очень люблю инструменты, которым дала вторую жизнь, люблю Кисловодский и Ессентукские органы, очень люблю орган Мариинского театра.
Сложно сказать, за что любишь орган. Это как любить человека. Любишь не за что-то, любишь просто так. Вообще органистов, которые гастролирует по миру не так много. Всего 30 человек, наверное… Из них российских — человек семь. Может быть их больше, но я об этом не знаю.

Церковь хрустального собора с органом на сцене

Любопытный факт:

Crystal Cathedral (Хрустальный собор), архитектурная достопримечательность г. Сан-Диего в США. Это протестантская церковь сооружена из стекла виде звезды, внутри выглядит как концертный зал, снабженный компьютерным климат-контролем, огромными телевизионными экранами и другой современной аппаратурой. Орган этой церкви — пятый по величине в мире. Церковь вмещает до 2900 человек. В 2011 году протестанты выкупили это здание у реформаторской общины за 50 миллионов долларов. Епархия Оринджа на столько богата, что может оплатить выступления на своей сцене звезд мировой величины. Так, среди проповедников этой церкви был замечен католик, губернатор Калифорнии, артист Голливуда, он же «Терминатор» и международная знаменитость — Арнольд Шварценеггер…

Корр: Каким образом религиозная музыка могла перешагнуть порог какого-то одного сообщества и стать общечеловеческой?

Светлана Бережная: Мне кажется, это человеком придумано, что музыка должна куда-то перейти. Музыка всегда была и принадлежала человеку. Точно так же как люди трактуют по-своему Евангелие, так же они трактуют и музыку. Я не религиозный, я верующий человек.
Конечно, люди разных конфессий и даже атеисты — моя публика. Но я играла в храмах многих христианских конфессий и везде я чувствовала себя хорошо. Поэтому я говорю, что у музыки нет принадлежности. Как нет принадлежности у органа, который насчитывает несколько тысячелетий.
Моя новая программа «На клавишах четырех стихий» тому подтверждение. На предыдущем концерте я разбирала со своей публикой, что это за стихии воздуха, огня, воды, земли. Еще Аристотель и Платон говорили о пятом элементе, который есть эфир. Так вот пятым элементом я считаю музыку. Музыка вне конфессий. Из нее создается нечто субъективное, что можно почувствовать, но нельзя потрогать. Это — стихия.

Корр: Мне кажется в Кавказской филармонии проглядывает какая-то музыкальная политика.

Светлана Бережная: Да, в филармонии есть политика. Потому что филармония, если мы разберем это слово, это любовь к гармонии. По счастью, а может быть для кого-то к сожалению, я пока руковожу этим заведением, и поставила перед собой следующие задачи: филармония не может быть национальной, она не может быть на стороне какой-либо нации или расы, или конфессий. Музыка не имеет конфессий, она принадлежит миру.
Сейчас мы стараемся, чтобы каждый услышал свое, каждый вышел из филармонии обогащенным.

Светлана Бережная

Корр: Орган особенно воздействует на психо-эмоциональное состояние человека?

Светлана Бережная: Орган — это особенные вибрации. Это, безусловно. Но вибрации ничто, если они не пробуждают чувств в человеке. Можно просто нажать аккорд и слушать его. Есть даже музыка тишины, написанная композиторами. Очень важно увидеть в музыке замысел композитора, только после этого приступать к вибрации, которые ты или передаешь, или не передаешь. Очень интересно об этом написал в своем трактате о том, как исполнять музыку Джироламо Фрескобальди. Там было много тезисов, около 15 о длительности, нюансах, артикуляции и т.д . И вдруг в 16 он пишет: «Дорогой мой музыкант, я очень рад, что ты изучил все, что я изучил ранее… я уверен, что ты сыграешь это так и в том ритме, в котором бьется твое сердце». Это говорит о том, что можно очень долго изучать музыку, постигать ее философский смысл, но если у тебя нет сердца, играть тебе не чем».

Корр: Так Вы можете сымпровизировать на органе любое произведение?

Светлана Бережная: Практически любое произведение можно сыграть на органе. Вопрос: «Зачем?» Я всегда задаю себе вопрос: «Обогатит ли это музыку, не затронет ли замысла композитора, не изменит ли музыку в худшую сторону»?

Корр: Когда Вы успеваете руководить филармонией, давать концерты, гастролировать, писать картины и книги?

Светлана Бережная

Светлана Бережная: Очень многие задают мне этот вопрос. Я ощущаю, что мое время расширяется. Главное не торопиться. Я получаю вероятное и невероятное удовольствие от всего, что делаю от того момента как просыпаюсь и до того момента, когда засыпаю, и самое главное, я научилась слушать и слышать. Это теперь девиз моей жизни: «слушать и слышать!» Что касается книг, я готовлю книгу, которая будет называться «Любовь — причинение Добра». Туда войдет цикл моих новых стихов. Стихи — это тоже вибрации, которые я слышу внутренним слухом, это то, что мне послано Богом. Вот, например:

На языке крови я говорю с тобою,
Стану твоим хлебом, буду твоей солью,
На языке мира я говорю с тобою,
Буду твоим огнивом и подчинюсь болью…

Стану твоим дыханьем, буду твоей водою,
Чтоб родилось счастье, чтобы по Божьей воле…
Я отдаю самость, всю отдаю, с лихвою,
Это рождает сладость любовь разделять с тобою…

Стану твоим снегом, и полечу над землею,
Чтобы потом светлым духом запеть с тобою…
Буду твоей ночью, утреннею звездою,
Сахаром в сладком чае, в тесте твоём мукОю…

Стану теплом солнца, что зажжено тобою,
Буду души бальзамом, мирною тишиною,
Стану твоим светом, только по Божьей воле…
На языке сердца я говорю с тобою…

Подготовила Светлана Фатьянова

 

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ:

Секты музицируют

 

Просмотров - 1 575


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *